По ту сторону KPI – про то, что не измерить

А. И. Дубиковский, декан физико-математического факультета Университета МГУ-ППИ в Шэньчжэне, эксперт проекта «Восточное духовное наставничество. Даосские практики»

Глубина, которая не отпускает

Вы прошли многоэтапный отбор – заявку, анкету, собеседование. Позади семинары, стажировка в Китае, итоговая аттестация. Вы получили сертификат, вас приняли в сообщество, и кажется, цель достигнута.

Но с первых же шагов программы вы постепенно начали замечать странную вещь: чем глубже вы погружаетесь, тем меньше у вас желания возвращаться. Не в географическом смысле – в мировоззренческом. Строго говоря, в описании программы этого пункта нет.

Вы изучали не просто «техники саморегуляции» – так они обозначены в программе для ясности цели, и это правильная формулировка. Но содержание оказалось шире: вы прикоснулись к пласту культуры, которому несколько тысяч лет. Цигун и дыхание – лишь верхушка. Под ними – «И цзин», «Дао дэ цзин», «Чжуан-цзы», каллиграфия, чай, отношение ко времени, к слову, к иерархии. И чем больше вы узнаете, тем яснее понимаете: разгадать этот код до конца становится невозможно. Китай притягивает именно своей глубиной.

Лао-цзы (гл. 14): «Смотрю на него и не вижу, а потому называю его невидимым. Слушаю его и не слышу, а потому называю его неслышимым. Пытаюсь схватить его и не достигаю, а потому называю его мельчайшим».

С Китаем та же история.

Интеграция с Китаем – это всегда Дао

Описание программы изложено современным языком проектного менеджмента: цели, задачи, KPI, этапы, отчетность. Это необходимый каркас, без него невозможно утвердить проект. Но как только вы оказываетесь на китайской земле, этот каркас наполняется живым содержанием.

Лао-цзы (гл. 43): «В Поднебесной самые слабые побеждают самых сильных. Небытие проникает везде и всюду. Вот почему я знаю пользу от недеяния. В Поднебесной нет ничего, что можно было бы сравнить с учением, не прибегающим к словам, и пользой от недеяния».

Что бы вы ни планировали, Китай живет по-своему. Но это не беспорядок, а иная логика: занятие начинается, когда мастер видит, что группа готова, и длится столько, сколько нужно. Расписание здесь уступает естественному ритму, и это тоже форма организации, только не директивная, а ситуативная.  Вас учат не столько технике, сколько состоянию естественности. Рациональный анализ отходит на второй план. На первом – практика. Вы смотрите, повторяете, чувствуете, но не спешите объяснять словами.

Чжуан-цзы (гл. 2): «Поэтому тот, кто в познании [умеет] остановиться на [еще] непознанном, – совершенен».

Как вы будете себя вести, если здесь не принято говорить явное «нет»?

Вы приходите к мастеру с вопросом. «Да» и «нет» – это способ фиксировать, а не понимать. В даосской культуре ответ – это не утверждение или отрицание, а прояснение контекста. Вежливый уход от прямого ответа – не уклончивость, а точное понимание того, что слова не должны опережать ясность. Переспрашиваете и слышите то же самое, другими словами. Внутри закипает раздражение. Это ваш первый экзамен.

Описание программы верно задает общие принципы: «соблюдать профессиональную этику», «действовать в рамках компетенции». Но как именно работает профессиональная этика в культуре, где отказ обернут в слои вежливости? Где компетенция проявляется не в формальном знании, а в чутье к контексту и отношениям, которое приходит только через опыт.

Это не манипуляция, а другой способ быть в отношениях – там, где мягкость ценится выше прямоты, а гармония – выше искренности.

Чжуан-цзы (гл. 2): «Так мудрый объединяет [их] в правде и неправде и отдыхает в равновесии природы».

Здесь вы не встретите конфликтов в открытой форме

В любом сообществе разногласия неизбежны. Однако в иерархических отношениях – учителя и ученика, руководителя и подчиненного – прямое выражение несогласия не принято. В китайской традиции разногласия решают не через открытую конфронтацию, а через намек, паузу или посредника, всегда сохраняя гармонию и лицо обеих сторон. Тон задает не запрет на конфликт, а приоритет социальной гармонии и сохранения лица.

Как это выглядит на практике. Если кто-то нарушает негласные правила, ему не делают замечания, его просто перестают приглашать. Если ваше предложение не подходит, никто не скажет: «Это неверно». Скажут: «Возможно, есть другие подходы». Это сохранение лица, своего и чужого.

Лао-цзы (гл. 67): «Умный полководец не бывает воинствен. Умный воин не бывает гневен. Умеющий побеждать не нападает. Умеющий управлять людьми не ставит себя в низкое положение».

Чжуан-цзы (гл. 4): «Лучше всего внешне [с ним] сближаться, а в сердце хранить гармонию».

Что остается по ту сторону KPI?

Вернемся к программе. В ней зафиксированы измеримые результаты: «не менее двух мероприятий в семестр», «отчет по форме», «оценка по модели Киркпатрика». Это необходимый язык для любой организованной программы.

Но за этими цифрами остается еще одно измерение – ваше личное. Вы прикоснулись к чему-то настоящему и не можете упаковать это в презентацию. Научились чувствовать то, что даосы называют ци, – попробуйте вписать это в KPI. Поняли, что такое недеяние – как о нем отчитаться? Вернулись из Китая другим человеком – какой пункт в отчете это отразит?

Лао-цзы (гл. 41): «Великий квадрат не имеет углов; большой сосуд долго изготовляется; сильный звук нельзя услышать; великий образ не имеет формы».

Не имеет формы. А от вас требуют форму.

Проект наставничества устроен как приглашение, он открывается понятными и нужными целями: профилактика профессиональной усталости, осознанность, стресс-менеджмент. Но затем ведет вас глубже, в пространство традиций, где нет быстрых ответов и где открытия продолжаются и после программы.

Начав путешествие на Восток, вы рискуете там и остаться, но не потому, что вас заманили, а потому, что глубина затягивает.

Чжуан-цзы (гл. 6): «Никто не знает, что было началом <пути>; никто не знает, что будет ему концом».

Готовы ли вы? Описание программы задает рамки, а жизнь добавляет измерения, которые невозможно описать заранее.

Когда участник становится наставником

После стажировки, после аттестации, после получения сертификата вы больше не участник. Вы наставник. Звучит торжественно, но на деле это совсем просто: теперь вы тот, к кому придут с вопросом.

Описание программы устанавливает срок – два года. Потом переаттестация. Но статус наставника не заканчивается с истечением срока. Он переходит в привычку смотреть на вещи иначе.

Вы начинаете замечать, как сами возвращаетесь к тому, чему вас учили: делаете паузу перед ответом, наблюдаете за своим дыханием в стрессовой ситуации, не спешите заполнять тишину. И передаете это не словами, а присутствием. Студенты считывают это состояние быстрее, чем любые инструкции.

В сообществе наставников вы уже не новичок. Ежеквартальные встречи, обмен опытом, обсуждение трудностей. Кто-то приходит к вам за советом. Вы удивляетесь: неужели я уже могу советовать? Можете. Потому что прошли этот путь.

Лао-цзы (гл. 33): «Знающий людей благоразумен. Знающий себя просветлен. Побеждающий людей силен. Побеждающий самого себя могуществен».

Статус наставника – это не власть над другими. Это знание себя. И готовность делиться своим знанием с теми, кто идет следом.

Заключение

Дорогие будущие наставники! Проект, в который вы вступаете, неизбежно изменит вас.

Участие в программе дает сертификат, сообщество, инструменты – это важная опора. А подлинный результат вырастает из нее. Вы получите вопросов больше, чем ответов. Научитесь сомневаться в своей правоте. Увидите, что есть вещи, которые нельзя измерить, но можно прожить. Это – самое даосское из всего, что может с вами случиться.

Чжуан-цзы (гл. 2): «Я называю бесстрастным такого человека, который не губит свое тело внутри любовью и ненавистью; такого, который всегда следует естественному и не добавляет к жизни [искусственного]».

Лао-цзы (гл. 37): «Дао постоянно осуществляет недеяние, однако нет ничего такого, чего бы оно не делало».

Цитаты из «Дао дэ цзин» приведены в переводе Ян Хин-Шуна, из «Чжуан-цзы» – в переводе Л. Д. Позднеевой.